Православная Гагаузия

православное интернет-издание в Гагаузии

Семя Церкви

179 просмотров

В два­дца­том ве­ке сонм пра­во­слав­ных свя­тых по­пол­нил­ся неви­дан­ным чис­лом но­вых му­че­ни­ков. Сколь­ко их, лю­дей, по­стра­дав­ших за ве­ру в го­ды го­не­ний? Это­го мы, на­вер­ное, не узна­ем ни­ко­гда. Но и те, чье име­на со­хра­ни­лись в ис­то­рии, и те, кто сги­нул безы­мян­ным, на­шли свое ме­сто в па­мя­ти Церк­ви.

Что мо­жет Цер­ковь?

Ве­че­ром 25 ян­ва­ря (7 фев­ра­ля по но­во­му сти­лю) 1918 го­да по­зво­ни­ли в па­рад­ную дверь квар­ти­ры мит­ро­по­ли­та Ки­ев­ско­го Вла­ди­ми­ра в Ки­е­во-Пе­чер­ской лав­ре. Во­шли пя­те­ро во­ору­жен­ных сол­дат во гла­ве с мат­ро­сом: «Где Вла­ди­мир-мит­ро­по­лит? Мы же­ла­ем с ним пе­ре­го­во­рить». Раз­го­вор про­хо­дил в спальне мит­ро­по­ли­та, без сви­де­те­лей, он был бур­ным, но недол­гим. Мит­ро­по­лит вы­шел, по­про­щал­ся с ке­лей­ни­ком, его уве­ли од­но­го, не пу­стив ке­лей­ни­ка даль­ше во­рот. По­слы­ша­лись вы­стре­лы… «Так всех вас по од­но­му по­вы­ве­дем», — бро­сил на хо­ду мо­на­хам один из ре­во­лю­ци­он­ных сол­дат, то­ро­пив­ших­ся к ме­сту рас­стре­ла, но не успев­ший при­нять в нем лич­но­го уча­стия.

Вла­ды­ка Вла­ди­мир (Бо­го­яв­лен­ский) не был пер­вым «цер­ков­ни­ком», по­гиб­шим от рук но­вой вла­сти: уже 31 ок­тяб­ря 1917-го, через шесть дней по­сле пе­ре­во­ро­та, в Цар­ском Се­ле от­ряд крас­но­гвар­дей­цев убил про­то­и­е­рея Иоан­на Ко­чу­ро­ва, бы­ли и дру­гие жерт­вы в дру­гих ме­стах. Но это убий­ство ста­ло зна­ко­вым: мит­ро­по­лит Вла­ди­мир был по­чет­ным пред­се­да­те­лем По­мест­но­го со­бо­ра, да и во­об­ще од­ним из из­вест­ней­ших иерар­хов Рус­ской Церк­ви. Свя­ти­тель Ти­хон, Пат­ри­арх Мос­ков­ский и всея Ру­си, так ото­звал­ся об этом со­бы­тии: «Ко­неч­но, су­дя по че­ло­ве­че­ски, ужас­ною ка­жет­ся эта кон­чи­на, но нет ни­че­го на­прас­но­го в пу­тях Про­мыс­ла Бо­жия, и мы глу­бо­ко ве­рим, что эта му­че­ни­че­ская кон­чи­на Вла­ды­ки Вла­ди­ми­ра бы­ла не толь­ко очи­ще­ни­ем воль­ных и неволь­ных гре­хов его, ко­то­рые неиз­беж­ны у каж­до­го, плоть но­ся­ще­го, но и жерт­вою бла­го­вон­ною во очи­ще­ние гре­хов ве­ли­кой ма­туш­ки-Рос­сии».

В ап­ре­ле 1918-го, ко­гда окон­ча­тель­но ста­ло яс­но, что речь идет не об от­дель­ных ин­ци­ден­тах, но о войне но­вой вла­сти с Цер­ко­вью, да и с соб­ствен­ным на­ро­дом, По­мест­ный со­бор учре­дил «еже­год­ное по­ми­но­ве­ние в день 25 ян­ва­ря или в сле­ду­ю­щий за сим вос­крес­ный день всех усоп­ших в ны­неш­нюю лю­тую го­ди­ну го­не­ний ис­по­вед­ни­ков и му­че­ни­ков».

Мож­но ска­зать, что Пра­во­слав­ная Цер­ковь ока­за­лась со­вер­шен­но не го­то­вой к гроз­ным со­бы­ти­ям 1917-го го­да — да, впро­чем, кто то­гда был к ним го­тов? Ве­ко­вые устои рас­па­да­лись, и для мно­гих про­стых лю­дей, ко­гда не ста­ло ца­ря — не ста­ло и Бо­га. Ге­не­рал А. И. Де­ни­кин вспо­ми­нал, как по­сле Фев­раль­ской ре­во­лю­ции од­на из стрел­ко­вых рот на фрон­те обо­ру­до­ва­ла цер­ковь се­бе под ка­зар­му, а в ал­та­ре сде­ла­ла от­хо­жее ме­сто — и ни один че­ло­век не воз­му­тил­ся. Как это мог­ло быть, тем бо­лее на фрон­те, где смерть бы­ла со­всем ря­дом? Неуже­ли все они в один день ста­ли яры­ми ате­и­ста­ми? Ско­рее, та­ких на­шлось двое-трое че­ло­век, а осталь­ные про­сто оста­лись без­раз­лич­ны­ми или не ре­ши­лись воз­ра­зить.

Нечто по­доб­ное про­ис­хо­ди­ло в те ме­ся­цы и в мас­шта­бах всей стра­ны: агрес­сив­ное мень­шин­ство на­вя­зы­ва­ло свою во­лю пас­сив­но­му боль­шин­ству. И Цер­ковь, ка­за­лось бы, не мог­ла най­ти се­бе ме­сто в столь быст­ро ме­няв­шей­ся об­ста­нов­ке, ни­че­го не мог­ла про­ти­во­по­ста­вить та­ко­му на­тис­ку ре­во­лю­ци­о­не­ров. Но од­но, по край­ней ме­ре, оста­ва­лось неиз­мен­ным: воз­мож­ность уме­реть за Хри­ста. Это­го слиш­ком ма­ло? Да, кто-то ведь брал в ру­ки ору­жие и шел сра­жать­ся с боль­ше­ви­ка­ми, а кто-то все­го лишь ста­но­вил­ся их ми­ше­нью… Все­го лишь? Но не так ли вы­сто­я­ла и по­бе­ди­ла Цер­ковь в пер­вые ве­ка сво­е­го су­ще­ство­ва­ния, ко­гда ее гна­ли и пре­сле­до­ва­ли рим­ские вла­сти? «Кровь му­че­ни­ков есть се­мя Церк­ви», — го­во­рил то­гда хри­сти­ан­ский пи­са­тель Тер­тул­ли­ан, и это дей­стви­тель­но бы­ло так. И по сход­ству с те­ми древни­ми хри­сти­а­на­ми уби­тых в XX ве­ке на­зва­ли но­во­му­че­ни­ка­ми.

Про­тив по­то­ка

Здесь, прав­да, есть од­но су­ще­ствен­ное от­ли­чие. Те древ­ние му­че­ни­ки, как пра­ви­ло, сто­я­ли пе­ред вы­бо­ром: от­речь­ся от Хри­ста или по­гиб­нуть. Им пред­ла­га­ли при­не­сти жерт­ву язы­че­ским бо­гам. Да­же необя­за­тель­но бы­ло в этих са­мых бо­гов ве­рить, до­ста­точ­но бы­ло со­вер­шить пу­стое фор­маль­ное дей­ствие, ка­кое со­вер­ша­ли ты­ся­чи: вы­сы­пать горсть бла­го­во­ний на язы­че­ский ал­тарь — и тем са­мым при­со­еди­нить­ся к го­судар­ствен­но­му куль­ту, до­ка­зать свою бла­го­на­деж­ность. Ес­ли хри­сти­ане не шли на это, их уби­ва­ли.

О чем го­во­ри­ли ре­во­лю­ци­о­не­ры с мит­ро­по­ли­том пе­ред тем, как по­ве­ли его на рас­стрел? Уго­ва­ри­ва­ли его при­знать, пусть да­же фор­маль­но, со­вет­скую власть, вы­ве­сить крас­ный флаг над до­мом? Или ис­ка­ли тай­ник с зо­ло­том? Или про­сто оскорб­ля­ли и би­ли его? В на­шем ми­ре это так и оста­нет­ся тай­ной. Но мы зна­ем, что во мно­же­стве дру­гих слу­ча­ев жерт­вам не пред­ла­гал­ся ни­ка­ко­го вы­бо­ра: их уби­ва­ли про­сто за то, что они при­над­ле­жа­ли преж­де к «экс­плу­а­та­тор­ским клас­сам», бы­ли бо­га­ты­ми, силь­ны­ми… или хо­тя бы ка­за­лись та­ко­вы­ми.

Да, сре­ди но­во­му­че­ни­ков бы­ли и та­кие, кто ак­тив­но вос­про­ти­вил­ся оче­ред­но­му глум­ле­нию боль­ше­ви­ков над свя­ты­ня­ми — на­при­мер, «вскры­тию мо­щей» или изъ­я­тию цер­ков­ных цен­но­стей «в по­мощь го­ло­да­ю­щим» (а на са­мом де­ле это бы­ло оче­ред­ное ограб­ле­ние ра­ди те­ку­щих нужд пар­тии и пра­ви­тель­ства). Но в огром­ном боль­шин­стве сво­ем это бы­ли лю­ди, ко­то­рых про­сто уби­ли для то­го, чтобы их не бы­ло на све­те. Да­же ес­ли бы они то­гда при­нес­ли жерт­вы но­вым идо­лам, это вряд ли из­ба­ви­ло бы их от смер­ти. Мож­но ли то­гда счи­тать их му­че­ни­ка­ми, ес­ли у них не бы­ло вы­бо­ра?

Но неслу­чай­но про­зву­ча­ла в сло­вах свя­ти­те­ля Ти­хо­на дерз­кая, ка­за­лось бы, мысль о том, что эти смер­ти ве­дут к «очи­ще­нию от гре­хов Рос­сии». И его сло­ва по­вто­рил Пат­ри­арх Ки­рилл в мае 2009-го, со­вер­шая бо­го­слу­же­ние на Бу­тов­ском по­ли­гоне, ме­сте мас­со­вых рас­стре­лов под Моск­вой: «Вот тут-то и тре­бу­ет­ся си­ла — ид­ти уз­ки­ми вра­та­ми в Цар­ствие Бо­жие, ид­ти про­тив те­че­ния, ид­ти про­тив об­ще­го по­то­ка в на­деж­де на то, что ес­ли мно­гие лю­ди пой­дут про­тив это­го по­то­ка, то и мут­ные во­ды оста­но­вят­ся, а мо­жет быть, и по­вер­нут­ся вспять».

У всех этих лю­дей был в свое вре­мя вы­бор. Они мог­ли пой­ти на со­труд­ни­че­ство с но­вой вла­стью. Необя­за­тель­но да­же бы­ло са­мим до­но­сить, до­ста­точ­но бы­ло про­сто от­речь­ся от все­го преж­не­го, бе­гать на ми­тин­ги, но­сить фла­ги, по­вто­рять ло­зун­ги… Мно­гие по­сту­пи­ли так, и мно­гие (хоть и не все из них) так со­хра­ни­ли свои жиз­ни. Но бы­ли лю­ди, ко­то­рые пред­по­чли остать­ся со­бой, со­хра­нить вер­ность сво­им убеж­де­ни­ям, че­го бы им это ни сто­и­ло. Ре­жим тре­бо­вал от них за­быть не толь­ко о ве­ре, но и о бы­лой, бес­клас­со­вой мо­ра­ли, от­речь­ся не толь­ко от Бо­га, но и от че­ло­ве­ка: пре­дать се­мью, учи­те­лей, со­се­дей. Они от­ка­за­лись при­но­сить та­кую жерт­ву идо­лам.

И по­это­му каж­дый из них — му­че­ник или ис­по­вед­ник. В ба­зе дан­ных Свя­то-Ти­хо­нов­ско­го уни­вер­си­те­та — бо­лее трид­ца­ти ты­сяч че­ло­ве­че­ских имен и су­деб. На са­мом де­ле уби­ты бы­ли мил­ли­о­ны, и про боль­шин­ство из них мы ни­ко­гда не узна­ем: ко­гда они умер­ли, при ка­ких об­сто­я­тель­ствах, оста­ва­лись ли они вер­ны Хри­сту до смер­ти. А мо­жет быть, на­обо­рот, кто-то из бы­лых па­ла­чей за час до соб­ствен­но­го рас­стре­ла об­ра­тил­ся к Бо­гу с по­ка­ян­ной мо­лит­вой, как бла­го­ра­зум­ный раз­бой­ник? Мы ни­че­го не мо­жем ска­зать на­вер­ня­ка, кро­ме од­но­го: та­кие лю­ди бы­ли.

Пе­ре­ли­сты­вая стра­ни­цы с име­на­ми жертв, неволь­но пы­та­ешь­ся пред­ста­вить се­бе этих лю­дей. Вот мой од­но­фа­ми­лец, тез­ка мо­е­го от­ца и мо­е­го сы­на, — сель­ский свя­щен­ник Сер­гей Дес­ниц­кий, ро­дил­ся в 1882 го­ду в Псков­ской гу­бер­нии. В 1933-м осуж­ден на пять лет, в 1937-м сно­ва аре­сто­ван (ви­ди­мо, до то­го осво­бож­ден был до­сроч­но, по за­че­там?), осуж­ден и рас­стре­лян. В 1955 го­ду ре­а­би­ли­ти­ро­ван. Вот и все, что я знаю об этом че­ло­ве­ке… Ка­ким он был, как он жил и как шел он на смерть?

Ме­сто встре­чи — Гол­го­фа

По­нят­но, что в СССР празд­но­вать па­мять ис­по­вед­ни­ков и но­во­му­че­ни­ков бы­ло со­вер­шен­но невоз­мож­но. Ее чти­ли пра­во­слав­ные за ру­бе­жом, а в мар­те 1991 го­да и Си­нод РПЦ при­нял ре­ше­ние о воз­об­нов­ле­нии это­го празд­но­ва­ния. Не раз с тех пор те­ма но­во­му­че­ни­ков под­ни­ма­лась в цер­ков­но-по­ли­ти­че­ском кон­тек­сте, для то­го, на­при­мер, чтобы про­ве­сти раз­де­ле­ние меж­ду «чи­стой» За­ру­беж­ной Цер­ко­вью и Мос­ков­ской Пат­ри­ар­хи­ей, «за­пят­нав­шей се­бя со­гла­ша­тель­ством с без­бож­ны­ми вла­стя­ми».

Да, ко­неч­но, гля­дя на по­двиг этих лю­дей, мы не мо­жем не по­чув­ство­вать, на­сколь­ко об­ли­ча­ет нас наш соб­ствен­ный опыт со­гла­ша­тель­ства с гре­хом. Но все-та­ки их бла­го­род­ная смерть — по­вод не для раз­де­ле­ния, а для объ­еди­не­ния всех. Точ­но так же и са­ми они бы­ли людь­ми раз­ных зва­ний и убеж­де­ний, во мно­гом не со­гла­ша­лись друг с дру­гом при жиз­ни, на­вер­ня­ка не бы­ли без­греш­ны. Но в ка­кой-то глав­ный мо­мент они по­шли на Гол­го­фу за Хри­стом и встре­ти­лись там с Ним и друг с дру­гом. Неслу­чай­но в тро­па­ре это­го празд­ни­ка го­во­рит­ся о них обо всех сра­зу как о на­ро­де Бо­жьем: «Днесь ра­дост­но ли­ку­ет Цер­ковь Рус­ская, про­слав­ля­ю­щи но­во­му­че­ни­ки и ис­по­вед­ни­ки своя: свя­ти­те­ли и иереи, цар­ствен­ныя стра­сто­терп­цы, бла­го­вер­ныя кня­зи и кня­ги­ни, пре­по­доб­ныя му­жи и же­ны и вся пра­во­слав­ныя хри­сти­а­ны, во дни го­не­ния без­бож­на­го жизнь свою за ве­ру во Хри­ста по­ло­жив­шия и кро­вь­ми Ис­ти­ну со­блюд­шия».

С тех пор очень мно­гое из­ме­ни­лось. Цер­ковь дав­но уже не го­ни­ма, мы сво­бод­ны в на­шем ве­ро­ис­по­ве­да­нии. Де­ло до­хо­дит до то­го, что в со­зна­нии неко­то­рых лю­дей мир­но ужи­ва­ют­ся Пра­во­сла­вие и ста­ли­низм, как буд­то мож­но од­новре­мен­но чтить и жертв — и их глав­но­го па­ла­ча. Озна­ча­ет ли на­ше ны­неш­нее спо­кой­ствие, что но­во­му­че­ни­ков у нас боль­ше нет и не бу­дет? Ни­как. 19 но­яб­ря 2009 го­ду в мос­ков­ский храм во­шел че­ло­век в мас­ке, оклик­нул свя­щен­ни­ка, про­зву­ча­ли вы­стре­лы… Ис­то­рия по­вто­ря­ет­ся.

Еще в Еван­ге­лии бы­ло ска­за­но, ка­кой мо­жет быть це­на сле­до­ва­ния за Хри­стом, и нет ни­че­го уди­ви­тель­но­го, что луч­шим из нас до­ве­ря­ют упла­тить ее спол­на.

Ан­дрей Дес­ниц­кий

Жур­нал «Нескуч­ный сад»